Млекопитающие

Жизнь Животных

По рассказам Альфреда Брэма



Все о Брэме

Все о Животных

Тигр

Картинка бенгальского тиграТигры не менее могучие звери, чем львы, и также разделяются на различные породы, или расы.

Тигр, как и лев,— большая кошка, но без гри­вы, с довольно большими бакенбардами и яркими поперечными полосами на мехе. Голова его круг­лее львиной, а хвост не имеет кисти. Тигр более свиреп и хищен, чем лев,и чаще нападает на чело­века. Появление людей в той или иной местно­сти — расчистка лесов и обработка земли— не всег­да пугает и вытесняет тигров; местами они под­ходят к человеческому жилью и нападают на домашних животных.

Любимое местопребывание тигров — тростни­ки и густые кустарники, где наряду с зелеными перемежаются черные и желтые цвета и где пестрая окраска тигра легко сливается с окру­жающей обстановкой. Даже опытные охотники часто проходят мимо лежащего в тростниках тигра, не замечая его. Так яркая, бросающаяся в глаза окраска животного превращается в соот­ветствующих условиях в маскирующую.

Область распространения тигра очень об­ширна. Он живет и в жарких и в умеренных странах Азии и встречается всюду — от южной Сибири до Ост-Индии. Все же настоящей роди­ной тигра нужно считать Индию. Отсюда он распространяется на северо-восток — через Ки­тай — до берегов Амура и на запад — через север­ный Афганистан и Иран — до южного берега Каспийского моря, где в болотистых лесах Массандерана и Гиляна тигры встречаются довольно часто. Нередко тигры встречаются и в Закавказье, куда они заходят из Ирана.

Их неоднократно убивали вблизи Ленкорани, а несколько лет тому назад тигр был убит недалеко от Тбилиси (Тифлиса). В Средней Азии тигр встречается в тростниках речных долин, где главной добычей ему служат кабаны. На нижнем течении Аму-Дарьи он доходит до Аральского моря. Здесь, видимо, проходит крайняя западная граница его распространения в среднеазиатских областях Союза. На Усть-Урте и в киргизских степях, на юг от Урала, тигра никогда не встречали. Довольно часто он встречается на средней и верхней Аму-Дарье, а на северо-восток доходит до озера Балхаш. Однако, во многих местностях, где тигры были многочисленны еще пятьдесят — сто лет тому назад, теперь они уже истреблены.

Тигр встречается не только в тростниковых и кустарниковых чащах равнин, но водится и в настоящих лесах и даже в гористых местно­стях. Все же охотнее всего держится этот зверь в тростниковых и бамбуковых зарослях. Тигр привыкает к определенным местам и неохотно покидает их. «Он живет постоянно,—пишет на­туралист Блэнфорд,— на какой-нибудь пло­щадке, среди высокой травы или кустарника, на берегу реки или болота, или в чаще тамари­сков и миртов, и логовище его ничем не отли­чается от десятка других подобных мест. Иногда тигр выбирает себе постоянное логовище среди обломков скал, которое тоже ничем не отличает­ся от сотни подобных же мест. Несмотря на то, что каких-либо внешних признаков постоянного житья тигра не существует, тигр придержи­вается его подолгу».

В юго-восточной Сибири тигр избирает для логовища узкое место между возвышающимися (скалами, а зимой просто разгребает снег среди болотных зарослей и проводит часть дня в этом временном убежище.

В Индии в самое сухое и жаркое время, от мар­та до июня, когда многие речки, ручейки и ши­рокие озера пересыхают и часто происходят тра­вяные пожары, тигры собираются у более много­водных рек и спасаются от палящих лучей солнца под тенью вечнозеленых деревьев и ку­старников. Иногда в одной небольшой роще во время засухи живет от четырех до семи тигров. Это время считается самым лучшим для охоты за свирепыми хищниками.

Манеры и поведение тигра схожи с кошачьими. Движения его так же грациозны, как у малень­ких кошек, и при этом стремительны, ловки и быстры. Он крадется неслышно; во время своих хищнических набегов делает легко и скоро большие переходы, может мчаться быстрым галопом, хорошо плавает. Но его способность к большим прыжкам часто преувеличивают. Известный наблюдатель Сандерсон утверждает, что в Индии тигр никогда не перепрыгивает через речки, имеющие более шести метров ши­рины. Измерение его скачков по следами , оста­вленным им во время погони за добычей, пока­зало, что скачок тигра не превышает пяти метров в длину. На дерево тигр может взлезть лишь в том случае, если ствол дерева очень наклонен или очень сучковат,— взлезать на гладкие стволы он не умеет. Тигр, как и другие кошки, любит, прыгая или поднимаясь на задние лапы, царапать мягкую кору некоторых деревьев. В Индии следы когтей тигра находили на высоте вдвое большей, чем рост человека. Следы подобных упражнений тигра особенно заметны на мягкой коре лакового дерева, так как из царапин на ней вытекает яркий, рубинового цвета, сок.

Тигра нельзя считать исключительно ночным животным: он гоняется за добычей во всякое время дня, хотя и предпочитает часы, предше­ствующие закату солнца, и сумерки. Охотнее всего тигр ложится и подкарауливает добычу около водопоев и около мест, где из-под почвы выступает соль, привлекающая копытных животных. Залегает он также и на дорогах и на лесных тропинках. На Дальнем Востоке тигры, по словам Радде, летом посещают солончаки, куда приходят лизать соль олени. Иногда звери встречаются здесь с туземными охотниками, подстерегающими тех же оленей. За исключени­ем самых больших животных — слона, носорога, дикого буйвола — и, может быть, крупных хищ­ников, тигр нападает на всех млекопитающих. Иногда он отваживается нападать и на дикого буйвола, но почты всегда терпит поражение. Ему трудно справиться даже с большими домаш­ними быками; часто случается, что он должен бежать от дружного натиска нескольких домаш­них буйволов. Говорят, что и старый кабан, действуя своими могучими клыками, иногда обращает тигра в бегство.

В Индии тигр чаще всего охотится на диких свиней, оленей и антилоп. Этим он даже прино­сит человеку пользу, потому что все эти живот­ные, сильно размножаясь, в некоторых местно­стях вредят полям и посевам. Однако, уничтожение тиграми некоторых вредителей не покры­вает того ущерба, который наносят эти хищни­ки. Во время голодовок тигры довольствуются мелкой добычей: они умеют справляться с дико­бразами, ловят обезьян и павлинов. В Индии во время наводнений тиграм приходится питать­ся рыбой, черепахами, ящерицами и крокоди­лами. Симеон однажды убил тигра, желудок которого при вскрытии оказался наполненным саранчой. Известны случаи, когда тигры ели лягушек, а Радде установил, что наш уссурий­ский тигр во время зимних голодовок ловит мышей.

В тропических странах многие животные, особенно обезьяны, поднимают шум и крики, как только завидят или почуют тигра.

«Я шел,— рассказывает натуралист Форзпт, — по следам тигра, убегавшего вдоль пересохшего русла ручья, и мог следить за ним только благо­даря многочисленным стаям обезьян-хульманов. Обезьяны эти, сидя на ветках, мирно кор­мились плодами деревьев. Когда тигр пробегал мимо них, они перепрыгивали на верхушки соседних деревьев, шумно трясли ветвями и громко кричали, точно ругая нарушителя их спокойствия. Все это ясно указывало, где нахо­дится тигр. Каждое обезьянье стадо шумело, пока хищник был у него на виду, а затем спо­койно возвращалось на нижние ветки и продол­жало, как ни в чем не бывало, есть плоды. Зато следующее стадо обезьян, до которого добегал тигр, начинало в свою очередь отчаянно шуметь и кричать, выдавая его присутствие и указывая направление его пути. Основываясь на этих указаниях, я на изгибе русла пересек петлю реки кратчайшим путем, обогнал таким образом тигра и стал поджидать его в засаде. Он скоро показался, тихо и неуверенно пробираясь по руслу реки. Низко опустив хвост, он боязливо посматривал вверх на обезьян, словно понимая, что они выдают его присутствие. Здесь метко направленная пуля прикончила его жизнь».

Голос тигра нельзя и сравнивать с могучим ревом льва, он слабее даже мычания быка. Тигр обычно издает протяжный жалобный звук, который иногда довольно быстро повто­ряется и оканчивается тремя или четырьмя короткими звуками. Иногда он испускает низкий горловой звук «а-о-ун». Этот звук часто можно слышать в зоологических садах как у тигров, так и у других больших кошек. При сильном испуге он громко вскрикивает «ху-аб» или «вау», в гневе глухо рычит, а нападая на добычу, ис­пускает крик ярости, похожий на сухой кашель.

«Голос тигра,— говорит Форзиг,— производит сильное впечатление среди ночной тишины. Хотя он далеко не так громок, как крик осла, но создает ясное представление о силе могучего животного».

По мнению большинства натуралистов и охот­ников, тигра нельзя считать храбрым зверем. Он не только осторожен и робок, он просто труслив, хотя и принадлежит к числу хитрых и коварных хищников. Когда тигр в первый раз встречается с человеком, он всегда убегает. Большинство тигров впадает в панику от силь­ного шума, энергичного размахивания руками пли каким-нибудь предметом. Однако, те тигры, которые убеждаются по опыту, что они сильнее человека, превращаются в людоедов. Они пре­красно узнают охотников и, подкарауливая, внезапно нападают только на невооруженных, беззащитных людей. Не так еще давно некото­рые местности в Индии из-за постоянных набегов тигров становилось безлюдными: туземное население покидало свои деревни и переселя­лось в другие места. Утверждают, что еще и теперь переходы из одной деревни в другую приходится иногда делать лишь в сопровожде­нии нескольких охотников, а по ночам с заж­женными факелами. В окрестностях деревень и даже на дворах у самых хижин тигры хватали людей иногда и среди бела дня. Но чаще всего от тигров-людоедов страдают люди, жи­вущие одиноко в лесах пли на полях, прохожие и проезжие пастухи, дровосеки, земледельцы, рассыльные, сторожа и почтальоны.

В старину борьбу с этими хищниками часто превращали в забаву. Индийские князья, раджи и набобы устраивали большие и пышные охоты на тигров. На этих охотах было очень много блеска и роскоши, но убитых тигров в боль­шинстве случаев оказывалось очень мало. Ис­ключение составляли грандиозные охоты ки­тайских императоров. Иезуитский миссионер Вербье рассказывает, что в XVII столетии ки­тайский император выступил однажды в про­винцию Леао-Тонг на тигровую охоту с целым войском, окружил большое пространство сол­датами и устроил облаву в огромных размерах. На этой охоте было убито более тысячи оленей, много медведей и кабанов и шестьдесят тигров. Мекерн описывает большую охоту, устроенную в Индии аудским набобом. В охоте участвовало целое войско пехоты и конницы, несколько пушек, более тысячи слонов и огромное количество телег, верблюдов, вьючных лошадей и носильщиков. Жены набоба сидели во время охоты в особых закрытых экипажах, а в свите его были баядерки, певцы, шуты, фокусники. Здесь же были и охотничьи гепарды, сокола, боевые петухи, соловьи и голуби. На этой охоте было убито много разной дичи, но тигра нашли только одного, и его окружили двумя­стами слонов. Набоб приказал гнать зверя к тому месту, где он, охраняемый своими вои­нами, сидел на слоне. Тигра сначала ранили, затем погнали к набобу, который его и убил. Такие же ничтожные результаты, несмотря на огромное количество загонщиков, давали почти все эти огромные, пышные и торжественные облавы на тигров. Гораздо успешнее охота на тигров в том случае, когда охотник преследует его один или о немногими помощниками. Как в Африке есть храбрые и опытные охотники на львов, так и в Индии встречаются специалисты по охоте на тигров.

В наше время, при обычных способах охоты с огнестрельным оружием, охотники отыски­вают следы тигра, подкарауливают его, изучают его повадки и движения. Наблюдения совре­менных охотников, особенно имеющих научную подготовку, дали очень подробные сведения об образе жизни этих огромных кошек. В резуль­тате этих наблюдений рассказы о разных ужа­сах на охоте за тиграми потеряли свою убеди­тельность. Все же следует заметить, что пове­дение раненых тигров очень разнообразно и ча­сто очень опасно. Но мнению знатоков, можно этих хищников по повадкам разделить на три главные группы: тигры, питающиеся дикими животными, тигры, нападающие на домашний скот, и тигры-людоеды. Тигры, гоняющиеся за дичью, избегают человеческих поселений и дер­жатся в безлюдных местах, где они спокойно могут рыскать но лесам, кустарникам и травя­ным чащам. Такие тигры в случае нуяеды легко переселяются из одной местности в другую. Обычно они следуют за передвижениями тра­воядных зверей, в зависимости от времени года. Поэтому эти тигры встречаются и в горах, и в равнинах, л в холмистых местностях. Для земледельца такие тигры — диорые друзья, истребляющие вредителей посевов — оленей и диких свиней.

Тигры, похищающие домашний скот, посе­ляются обыкновенно вблизи деревень. Добычей им чаще всего служат животные, которых выго­няют на пастбище, и те, которые бродят ночью по улицам деревень. Такие тигры похищают скот обычно днем, так как ночью владельцы скота за­пирают его в крепкие хлевы. Нападают тигры на домашних животных чаще всего в послеобеденное время. Они убивают коз, овец и ослов, но при случае охотятся также и на диких свиней и оленей. Обыкновенно тигр убивает по одному жи­вотному через три-четыре дня. Только сильно изголодавшийся хищник загрызает сразу от двух до пяти животных. Иногда сильные старые собаки удачно отбивают нападения тигров на стадо. В условиях жизни туземного населения Индии трудно судить о вреде, причиняемом тиг­рами владельцам скота. Надо сказать, что быков и коров индусы употребляют для езды и полевых работ, но мяса их не едят и рогатого скота не колют, пользуясь только его молоком. Поэтому в каждой деревне можно видеть боль­шое количество старых и больных животных, которые уже никому не приносят пользы и даже скорее вредят, заражая стадо болезнями. Эти животные и составляют преимущественно корм тигров. Хороший молочный и рабочий скот крестьяне стараются оберегать от хищников, хотя это им не всегда удается. В общем вред, причиняемый тиграми домашнему скоту, не так уж велик, как думали в прежнее время. Но, принося вред, эта группа тигров в то же время и полезна для деревни. Близкое при­сутствие свирепого хищника отгоняет от полей и плантаций диких свиней и оленей, сильно вредящих посевам. Поэтому земледельцы не пи­тают к этому врагу-союзнику особой злобы и даже иногда жалеют о его потере.

«Когда выстрелом Сандерсоиа,— говорит Брэм,—был убит давно всем известный хитрый и чрезвычайно большой тигр — истребитель скота, туземцы, окружившие его труп, с сожалением говорили: «Жаль его. Он никогда не приносил нам вреда».

Третья группа — тигры-людоеды. Это большей частью прежние пожиратели скота, которые, часто встречая людей, потеряли всякий страх перед ними. Людоедами бывают чаще сам­ки— вероятно, потому, что им приводится за­ботиться не только о себе, но и о детенышах. Иногда людоедом делается раненый или изуве­ченный тигр, который не может более гоняться за сильными или быстрыми животными. Тигры-людоеды нападают только на беззащитного че­ловека и только тогда, когда уверены, что могут схватить его без всякой опасности для себя. Тигры становятся людоедами преиму­щественно в тех местностях, куда пригоняют стада только на определенное время года. После ухода стада тигры, кормившиеся скотом, ре­шаются нападать на людей. Они не смелее дру­гих тигров и так же трусливо убегают от воору­женного человека. Охотиться на тигра-людоеда очень трудно, так как он, выслеживая людей, сам хорошо изучил их приемы и физические способности. «Этот страшный бич безоруж­ных туземцев,— пишет Сандерсон, — встречается теперь, к счастью, очень редко. Об ужасных тиграх-людоедах уже почти не слышно, а если где-нибудь они и появляются то их очень скоро убивают».

Из всего этого можно заключить, что тигр и не так вреден и не так страшен, как раньше думали. Этот хищник во многих местностях (по крайней мере в Индии) приносит больше пользы, чем вреда, и только в редких случаях бывает очень опасен.

Обыкновенно говорят, что тигры бросаются на добычу так же, как и львы: измерив расстоя­ние, они прижимаются к земле, а затем боль­шим прыжком вскакивают на жертву. Это не совсем верно. Вся сила нападения тигра заклю­чается в его неожиданности. Если тигр сумел незаметно подкрасться к добыче, то он схваты­вает ее без всякого прыжка. Если же добыча довольно далеко от него, он настигает ее не­сколькими быстрыми скачками. Когда живот­ное убегает, тигр гонится за ним. При этом, если животное большое, тигр старается удара­ми лап ранить ему задние ноги. Если тигру нуж­но обогнать добычу, он делает это незаметно, пробираясь через чащу зарослей, и тогда бро­сается на добычу сбоку. Тигр не прекращает преследования, как другие кошки, после пер­вого неудачного нападения, а упорно гонится за добычей. Обыкновенно думают, что раны, нанесенные тигром, очень тяжелы и трудно заживают; но Фэйрер, основываясь на собствен­ном опыте врача и охотника, отрицает это. Удары лапы тигра не настолько сильны, чтобы сломать большую кость. Больших животных тигр убивает так же, как лев, переламывая им шейные позвонки. По мнению Форзита, тигр схватывает животное прямо за затылок; по сло­вам Сандерсона, Блэнфорда и других натурали­стов, он чаще схватывает животное за горло, а затем уже зубами и лапами переламывает ему шею. Сандерсон, много раз наблюдавший нападения тигров, рассказывает про такой слу­чай. Он велел привязать молодого быка к пню на очень короткую привязь, а в нескольких шагах от пня устроил себе на дереве, на высоте трех метров, скрытое помещение. «Я взлез на дерево,— говорит он, — около пяти часов вечера. После захода солнца яркий свет луны осветил окру­жающую местность. В начале седьмого часа я услышал глухое ворчание тигрицы, которая выходила из прохладного убежища в прибреж­ных кустах, где она провела жаркие часы ин­дийского дня. Беспокойство быка предупредило меня об ее приближении. Скоро я заметил зверя, который, припавши к земле на расстоянии нескольких метров от жертвы, внимательно ее рассматривал. Между тигрицей и быком нахо­дился пень, от которого несчастный бык, при­вязанный за рога, не мог убежать. Тигрица по­нимала, что добыча не может от нее уйти, но веревка, которой бык был привязан, внушала ей подозрение. Несколько минут оба живот­ных оставались в том же положении, и при этом стояла такая тишина, что малейшее мое движе­ние могло бы помешать нападению. Наконец, тигрица поднялась и тихими шагами прибли­зилась к быку, не делая никакого прыжка. Пасть тигрицы приходилась почти у самого горла быка. Она уже готовилась схватить его, но мне стало жаль несчастной жертвы, и я при­целился из своей двустволки. При этом я не­много зашумел ветвями. Тигрица тотчас огля­нулась и стала внимательно смотреть в мою сторону. Она, наверное, убежала бы, но я вы­стрелил. Моя первая пуля повалила ее на землю, а вторая убила на месте. Бык, который до сих пор стоял неподвижно и не издавал ни звука, после выстрелов стал бешено кружиться около пня, перепрыгивая всякий раз через труп тигрицы».

Свою добычу тигр обыкновенно утаскивает куда-нибудь в густые кусты. Сандерсон рас­сказывает, что он видел, как сильный тигр-самец утащил тяжелого быка через густой кустарник на расстояние в триста шагов. Когда тигру не мешают, он наедается досыта. По достоверным сведениям, он может съесть за раз около тридцати килограммов мяса. Он почти всегда начинает есть животное с задней части и только изредка с боков. Во время еды он время от времени подходит к водопою и мно­го пьет. Иногда он опускает голову в воду даже до самых глаз, чавкает и фыркает, как будто хочет хорошенько выполоскать свою окровавленную пасть. Насытившись, тигр за­сыпает и спит долго, вставая иногда лишь для того, чтобы напиться. Вечером следующего дня, между четырьмя и девятью часами, он обыкновенно возвращается к добыче, если остат­ки ее уцелели от зубов шакалов и гиен. Тигр не разборчив в пище и, подобно льву, не прене­брегает падалью и гнилым мясом.

Охотятся на тигра и при помощи сетей. В больших и густых лесах почти невозможно охотиться за ним другим способом, так как зверя там трудно увидеть. Выследив тигра, прорубают в лесу довольно широкую и изви­листую просеку. Ее начинают недалеко от лого­вища тигра и кончают у того места, куда пред­полагается его загнать. В конце этой просеки устраивают загородку из сетей, образующую почти замкнутый круг. Сети имеют от 12 до 14 метров в длину и до 4 метров в вышину. Их де­лают из крепких веревок. Отдельные сети со­единяют и укрепляют на двойных кольях. За сетями становятся люди с копьями. Вдоль всего пути, по которому должен пройти тигр, находятся загонщики, которые не позволяют тигру уклониться в сторону. Если в такую западню случайно попадает леопард, он тотчас бросается на сеть. Иногда ему удается ее пере­прыгнуть, но чаще все-таки его убивают. Тигр ведет себя иначе. Он осторожно крадется вдоль сети, но не пытается через нее перескочить, а стремится прорваться сквозь цепь загонщиков у краев сети. Его всюду встречают криком и шу­мом. В большинстве случаев он прячется в гу­стых кустарниках, окруженных сетью. С этого момента судьба его решена, он погиб. Охот­ники быстро смыкают сети у оставленного рань­ше прохода, образуя сплошной круг не более ста метров в окружности. Вокруг замкнутой сети зажигаются огни. Сто или сто пятьдесят индусов караулят окруженного тигра. Некото­рые из них стоят с копьями у самой сети, чтобы прогнать тигра, если он приблизится к ней. Но в большинстве случаев хищник не показы­вается. Тогда пятнадцать или двадцать человек, вооруженных копьями, входят внутрь ловушки. Они охраняют от нападений тигра нескольких дровосеков, которые вырубают в кустах про­секу до пяти метров шириной. Во время этой работы люди держатся тесной толпой, зная по опыту, что ни один тигр, ни одна тигрица, даже защищая детеныша, не решится напасть на группу вооруженных людей. Индусы вообще боятся тигра только в том случае, если он ранен. Когда просека готова, охотники с винтовками помещаются в конце ее, а копьеносцы выгоняют на нее тигра. Здесь его убивают выстрелами или загоняют в сеть.

Совсем иначе ведет себя тигр, если он ранен и его преследуют в открытом поле один или не­сколько охотников. Только неопытный охотник решается отыскивать в джунглях раненого тигра. Среди густых зарослей зверь имеет все преимущества перед охотником и может на­пасть на него раньше, чем тот успеет прицелить­ся. Тигр в этом случае храбро защищает свою жизнь. Он не отыскивает человека, но немед­ленно бросается на него, как только тот прибли­зится. Издаваемый им в это время громкий рев, похожий на кашель, так страшен, что способен отнять мужество даже у самого смелого охотни­ка. В Индии для преследования раненого тигра в джунглях обыкновенно пользуются слонами. Стрелки садятся на них, чтобы обезопасить себя от внезапных нападений тигра. Стая хо­роших собак тоже прекрасно помогает охотнику и почти устраняет всякую опасность.

Кроме описанных способов охоты на тигра, существует много других. Немало истребляют тигров ловушками, устроенными в виде сруба с падающей дверью или в виде глубоких ям, покрытых хворостом. Но самая интересная и оригинальная западня — это настороженное копье. На Суматре, по словам натуралиста Форбса, туземцы прикрепляют острое копье к длинной упругой жерди, которую сильно изгибают, натягивая веревкой. Орудие это помещают около отверстия в изгороди, через которое должен пролезть тигр, привлеченный живой приманкой. Пробираясь, тигр отдерги­вает веревку, натягивающую жердь. Жердь стре­мительно распрямляется, и копье прокалывает тигра насквозь. В других местностях настора­живают лук с ядовитой стрелой, которая при малейшей ране причиняет смерть. Европейцы и туземцы ставят также настороженные ружья, которые стреляют в тигра в упор, когда он схватывает приманку. Уничтожают тигров и при помощи мяса, отравленного стрихнином.

Кроме человека, у тигра, кажется, нет вра­гов. До какого возраста может тигр жить на свободе — узнать трудно. Некоторые сведения дает об этом Сандерсон, который убил очень крупного тигра-самца, известного туземцам в течение двадцати лет. У этого тигра не было заметно никаких признаков старости: зубы были целы и не очень стерты, и только мех начинал немного выцветать.

Лучшие знатоки тигров утверждают, что тигрица рождает не каждый год, а через два или три года. При матери всегда находят или очень маленьких, или уже взрослых детенышей, но никогда не замечали котят двух возрастов. Годовалые тигры уже умеют хорошо прятаться от врагов и принимают участие в охоте. Сандер­сон однажды застрелил тигрицу, с которой был маленький детеныш. Тигренок убежал в лес и так хорошо спрятался, что в чаще его было трудно найти. Сандерсон велел тотчас окружить его убежище сетями. Когда охотник вместе с загонщиками вошел в огражденное пространство, тигренок храбро бросился на них, фыркая и скаля зубы; он яростно царапал загонщиков и отбивался даже тогда, когда его связали. Он весил больше восемнадцати кило­граммов. Ему в это время было не более десяти недель. В этом возрасте тигра приручать уже трудно, поэтому его посадили в клетку. «Моло­дые тигры, — продолжает Сандерсон, — очень милы и в высшей степени добродушны, но это бывает лишь в тех случаях, когда они пойманы в возрасте менее месяца и не привыкли еще жить на воле и бояться врагов. Если они старше года, то приручить их очень трудно. Взятые вовремя, тигрята привязываются к своему хозяину. Они повсюду за ним следуют, а если он сидит, то ложатся у его ног. Они радостно фыркают, когда их ласкают. Если их кормят мясом, то они отказываются от всякой другой пищи и — даже в самом юном воз­расте — отворачиваются от молока. Напрасно думают, что от сырого мяса молодые тигры дичают. При кормлении сырым мясом они не только лучше развиваются, но, если им давать мяса много, они легче делаются ручными. Четырехмесячные тигры уже довольно велики и сильны, но их все еще можно держать на свобо­де. Я держал пару молодых тигров до восьми месяцев; они очень мило играли друг с другом, с людьми и с ручным медведем, который жил у меня в доме. По моим наблюдениям, тигры, прирученные смолоду, не выказывают ни ко­варства, ни хищничества, если только им дают пищи досыта. У меня жил довольно большой тигр, приученный спать в моей комнате. Когда я засыпал, он часто вскакивал на мою кровать, чтобы лечь около меня, и вовсе не сердился, когда я толчками заставлял его вернуться на пол».

По наблюдениям, сделанным в зоологиче­ских садах, где тигры легко размножаются, мать обращается с новорожденными детены­шами очень нежно. Она сама прикладывает их к сосцам и, как домашняя кошка своих котят, таскает тигрят по клетке с места на место, чтобы найти им более удобное логовище. Молодые тигрята родятся совсем слепыми или с чуть открывшимися глазками. Растут они быстро и скоро начинают играть со своей матерью, совсем как котята с кошкой. Они дерутся между собой. Фыркают и шипят на своего сторожа, но скоро привыкают к нему и при хорошем обраще­нии быстро делаются ручными.

Тигров, содержимых в неволе, дрессируют, как и львов. Укротители входят к ним в клетку, заставляют их прыгать в кольца и проделывать различные штуки. Но все эти забавы очень опасны и иногда кончались тем, что звери расправлялись со своими укротителями.

Как настоящая кошка, тигр проявляет при­вязанность и послушание по отношению к тем людям, которые с ним ласковы. Он спокойно принимает ласки и даже отвечает на них; но дружелюбие его всегда подозрительно и про­должается только до тех пор, пока он чувствует силу и власть человека. Каким бы ручным тигр ни был, он не может на свободе удержаться от того, чтобы не нападать на домашний скот и на других животных.

Copyright © 2012-2017 Жизнь животных