Млекопитающие

Жизнь Животных

По рассказам Альфреда Брэма



Все о Брэме

Все о Животных

ГИЕНЫ

Рисунок. Полосатая гиена.

Гиены по некоторым признакам строения те­ла напоминают собак, но вместе с тем резко от них отличаются. Они некрасиво сложены. Ту­ловище у них неуклюжее, шея толстая и мало­подвижная, голова большая, морда некрасивая. Передние ноги кривые и длиннее задних, что делает спину покатой. На каждой ноге по четыре пальца. Уши грубой формы и мало покрыты шерстью. Глаза поставлены косо; они все время бегают, сильно блестят и производят неприят­ное впечатление. Непропорционально короткий пушистый хвост, длинная, жесткая и лохматая шерсть темного цвета, безобразная морда и бе­гающие глаза — все это вызывает у многих лю­дей чувство отвращения. Это впечатление еще усиливается от их диких криков и хриплого воя. К довершению всех этих качеств гиены распространяют неприятный запах и ходят неуклюжей, точно хромающей походкой. Пи­ща гиен тоже не делает их более привле­кательными — они питаются преимущественно трупами разных животных. Зубы гиены при­способлены к питанию падалью: резцы и клыки сидят плотным рядом и помогают счищать мясо с костей, а хорошо развитые коренные зубы настолько сильны, что позволяют легко раз­грызать и размельчать самые крепкие кости. Гиены ведут ночной образ жизни.

Область распространения гиен очень обшир­на. Они водятся по всей Африке, за исключе­нием самой западной экваториальной ее части, и во всей юго-западной Азии. Различают два ви­да гиен — пятнистую, которая живет только в Африке, и полосатую, которая водится и в Афри­ке и в Азии. Гиены не любят лесных чащ, а пред­почитают открытые гористые местности, порос­шие травой и мелким кустарником, пли же степи и даже пустыни. Гиены выходят на поиски пищи по ночам, после солнечного заката, собираясь. в небольшие стаи и часто оглашая воз­дух пронзительным воем. Стоит только одному животному испустить такой вопль, как тотчас же откликаются другие гиены. При таких завыва­ниях у полосатой гиены хриплые звуки череду­ются с тонким визгом, а пронзительно-крикли­вые — с глухим ворчанием. Вой пятнистой гиены похож на жуткий хохот. Пылкая фантазия ара­бов приписывает его дьяволу. Тот, кому в пер­вый раз приходится слышать эти ночные воп­ли , невольно содрогается от неприятного чувства. Вероятно, этот хохот и есть основа многих легенд и басен о гиенах, которые создала фантазия суеверных и невежественных людей. Весьма воз­можно, что воем гиены сзывают друг друга на поиски добычи, так как «эта адская музыка тот­час же смолкает», когда пища найдена. В про­должение всей ночи гиены рыщут без устали в поисках пищи. Если они не находят добычи в полях и степях, они смелеют и, не боясь собак и сторожей, проникают в деревни и даже в го­рода. Наступающее утро загоняет их в лого­вища. При ночных странствованиях гиены руководятся не только обонянием, но в равной мере слухом и зрением. Они отыскивают трупы животных и людей и нападают на овец, коз и даже на более крупных животных. Однако, такие охоты на живую дичь надо считать исключениями. Обычная пища гиен — падаль. Около падали гиены собираются стаями, едят ее с жадностью и отчаянно грызутся друг с дру­гом из-за каждого куска, из-за каждой кости. На таких ночных пиршествах нередко раздаются вопли и вой грызущихся животных. Гиены часто следуют за караванами, идущими по степи или пустыне, подбирая всякие отбросы, а при случае лакомятся трупом верблюда, павшего в пути. Иногда по ночам их видят на деревенских дво­рах роющимися в навозных кучах.

На людей гиены нападают чрезвычайно редко, преимущественно на больных или раненых, которые не в состоянии защищаться.

Известны случаи нападения гиен на детей даже на улицах деревень.

В местах, где много гиен, на них устра­ивают облавы и применяют всевозможные сред­ства для истребления этих хищников: охотятся с ружьями, ставят капканы и западни и травят стрихнином. Пойманные молодыми, гиены легко приру­чаются, делаются полудомашними животными и привязываются к хозяину. Они быстро мирятся с неволей, хорошо ее переносят, но под старость часто слепнут.

Пятнистая гиена крупнее и сильнее, чем по­лосатая. Она отличается крепким телосложе­нием и пятнами на шкуре. Основной цвет ее шерсти серовато-белый, иногда переходящий в желтоватый. На боках и ребрах мелкие темно-бурые пятна. Голова — бурая, темя и щеки — рыжеватые, ноги — светло-серые. Живет эта ги­ена в Южной и Восточной Африке. В Абиссинии и Восточном Судане она встречается вместе с по­лосатой гиеной, но южнее попадается все чаще и чаще и, наконец, совсем вытесняет полосатую.

Именно этой гиене арабы приписывают вся­кие «сверхъестественные» свойства. Натуралист Рюппель, изучавший пятнистых гиен в Абисси­нии, рассказывает об этих животных следующее: «Пятнистые гиены от природы очень трусливы, но становятся необыкновенно смелыми, когда их мучает голод. Тогда они даже днем входят в дома и уносят маленьких детей, но на взрослых напа­дать не осмеливаются. Когда стада возвращаются вечером домой, гиены иногда бросаются на от­ставшую овцу. Им почти всегда удается ее ута­щить, несмотря на преследования пастухов. Такое смелое нападение гиен на стадо можно отчасти объяснить тем, что в Абиссинии при стадах не держат собак. Однажды туземцы пой­мали для нас несколько взрослых гиен, попа­вших в глубокие ямы, вырытые на тропинке. Ямы эти, конечно, были замаскированы вет­вями. К колючему кустарнику позади ям обык­новенно привязывают молодых коз, которые своим блеянием приманивают гиен. Попавших в яму гиен спешат убить, потому что они ловко копают землю и легко спасаются». Раненые гие­ны иногда впадают в ярость и бросаются на охотника.

Ночью пятнистые гиены проявляют смелость и нападают даже на крупных животных. Англи­чанин Джемс рассказывает, как в Сомали боль­шая пятнистая гиена напала на лежавшего на земле верблюда в то время, когда путешест­венник со своими спутниками снимал с верблю­да тюки.

Натуралист Бем, живший в Восточной Афри­ке, дает много сведений о пятнистой гиене.

«Эти животные, — говорит он, — встречаются почти всюду и ведут себя весьма различно в раз­ных местах. Они появлялись ночью стаями и бродили во­круг нашего лагеря. Пожирали околевших жи­вотных и трупы носильщиков, среди которых свирепствовала оспа. Гиены при этом были так смелы, что совершенно безбоязненно шумели и возились в кустах, неохотно покидали свою добычу при появлении человека и тотчас же возвращались назад, как только люди уходили. Даже если кто-нибудь из нас прицеливался из ружья, они продолжали пожирать трупы. Они таскали провизию от дверей наших палаток, и даже выстрелы не могли им помешать. В дру­гих местах гиены очень осторожны, и я, хорошо спрятавшись, подолгу тщетно подкарауливал их возле павшего быка или осла, которых мы нарочно клали в удобном для хищников месте. Гиены держались вблизи от меня, но подходи­ли к падали только в том случае, когда я сам удалялся от нее на расстояние в четверть часа ходьбы.

Гиены с удивительной скоростью утаски­вают трупы павших быков и других крупных животных. Я видел, как несколько гиен без всякого труда тащили труп человека, причем бежали галопом».

Пятнистые гиены легко переносят неволю, а при хорошем содержании даже размножаются, как это неоднократно бывало в Лондонском зоологическом саду. Самка приносит один раз в год от трех до четырех детенышей. Взрослые гиены, помещенные в одну клетку, нападают на более слабых, загрызают их и пожирают.

Полосатая гиена нам известна лучше пятни­стой, так как ее часто привозят в Европу. Ее можно видеть в каждом зоологическом саду и почти в каждом зверинце. Нередко ее показы­вают и в цирках, заставляя проделывать разные штуки. Полосатая гиена меньше пятнистой. Ее жесткая и щетинистая, довольно длинная шерсть окрашена в бледный желтовато-серый цвет с черными поперечными полосами. Перед­няя часть шеи — черная. Волосы гривы имеют черные концы.

Область распространения полосатой гиены гораздо обширнее, чем пятнистой. Она живет в Северной Африке, в значительной части Во­сточной Африки и во всей Южной Азии, от Сре­диземного моря до Бенгальского залива.

Как все гиены, она не любит лесистых мест­ностей, предпочитая открытые равнины. Она ме­нее вредна и опасна, чем пятнистая. В тех ме­стах, где она водится, встречается так много па­дали, костей и отбросов мясной пищи, что го­лод редко заставляет ее нападать на живые существа. «Гиена очень труслива, — говорит Брэм,— но она заходит иногда в деревни, а в Египте постоянно бродит около них. Падаль, которую мы клали, чтобы привлечь грифов, все­гда отыскивали и пожирали гиены. Когда нам случалось ночевать. под открытым небом, они подкрадывались к нашему лагерю так близко, что мы могли стрелять в них, не вставая с ме­ста. Во время поездки в Синайские горы мой друг Гейглин застрелил полосатую гиену, сидя в своей постели. Для нее оказался достаточным заряд дроби, обычно употребляемый для стрель­бы куропаток. Несмотря на то, что гиен там очень много, их никто не боится. Не раскапы­вают они также могил, как о них любят расска­зывать содержатели зверинцев. Это случается очень редко, и то лишь в тех случаях, когда труп едва прикрыт песком или землей. По образу жизни полосатые гиены похожи на пятнистых, но никогда не встречаются большими стаями. В Индии редко можно видеть более двух — трех гиен вместе. Азиатские гиены также питаются главным образом падалью. Большие куски падали они утаскивают в свои логовища. При случае они нападают на овец, коз и собак. Не­которые наблюдатели утверждают, что полоса­тые гиены таскают и домашних кур. Молодые гиены способны к приручению. Они понятливы и привязываются к своему хозяину».

Брэм рассказывает и о своих личных наблюде­ниях над этими животными. «В Африке, — пишет он, — у меня довольно долго жили гиены. При­ехав в Хартум, я купил двух молодых гиен. Зверьки были величиною с полувзрослых такс. Шерсть у них была мягкая, тонкая, темно серого цвета. Они были очень дики, несмотря на то, что некоторое время жили в доме одного туземца. Мы их заперли в темный большой хлев. При своих ежедневных визитах туда я обыкновенно видел в каком-нибудь углу четыре зеленоватые, бле­стящие точки. Когда я приближался, гиены фыр­кали и шипели, а когда я хотел схватить одну из них, она меня пребольно укусила. Сначала гиены вовсе не боялись побоев, но мало-помалу стали понимать мою власть над ними. В один прекрасный день я им ясно указал, каковы должны быть наши взаимные отношения. В этот день служитель, накормив гиен, стал играть с ними, но они так сильно искусали ему руку, что он после этого целый месяц не мог ничего де­лать. Гиены теперь были уже вдвое больше ро­стом, чем в то время, когда их к нам принесли; они могли уже выдержать более сильное нака­зание. Я решился проучить их порядком и по­лагал, что лучше убить одну из них, чем подвер­гаться опасности быть ими искусанным.

Решившись на это, я стал их обеих бить хлы­стом до тех пор, пока они не перестали ворчать и фыркать при моем приближении. Желая убе­диться в их укрощении, я через полчаса стал подносить руку к их мордам. Одна из гиен спокойно обнюхала руку, другая пробовала ее укусить и была снова сильно наказана. Сутки спустя я снова вошел в хлев и оставался там довольно долго. Гиены казались вполне послуш­ными и уже не пробовали меня кусать. С это­го времени строгих наказаний больше не требо­валось, их злобный нрав был подавлен, и они вполне подчинились мне. Только еще один раз мне пришлось наказать своих питомцев, бросив их в воду. Между прочим, это самое действи­тельное средство для укрощения диких зве­рей. Через три месяца после того, как я их купил, я мог играть с ними, как с со­баками, не опасаясь укусов. С каждым днем гиены привязывались ко мне все больше, бывали очень рады, когда я к ним приходил, но выража­ли это очень странным образом. Как только я входил в хлев, обе гиены вскакивали и начи­нали с воем прыгать около меня. Они клали передние лапы мне на плечи, обнюхивали мое лицо и, наконец, поднимали хвост вертикально кверху и на пять сантиметров выпускали из заднего прохода вывороченную прямую кишку. Гиены всегда здоровались со мною таким образом, и я заметил, что самое курьезное в этой встрече — выпускание кишки — служило у них при­знаком радости и хорошего настроения.

Когда я хотел взять гиен к себе в комнату, я от­крывал хлев, и они бежали за мной. Как ласковые собаки, гиены прыгали вокруг меня, протиски­вались между ног, обнюхивали руки и лицо. На нашем дворе я мог ходить с ними повсюду, не боясь, что они убегут. Впоследствии, буду­чи в Каире, я водил их на тонкой веревке по улицам города, к великому ужасу всех почтен­ных мусульман, считавших их нечистыми и даже злыми духами. Гиены так полюбили мое общест­во, что иногда, если служитель забывал запереть дверь в хлеве, посещали меня и без приглашения. Я жил во втором этаже, а хлев помещался в ниж­нем, но это не смущало гиен. Они хорошо ходили по лестнице и часто приходили в комнату. По­сторонним было очень странно и даже несколько страшно видеть, как мы вечером пили чай.

Гиены очень охотно грызли сахар, но ели и хлеб, намоченный в чае. Обычно мы кормили их бродячими собаками, которых специально для этого стреляли. Даже во время долгого пути по Нилу на простой лодке из Хартума в Каир мы добывали для них бездомных со­бак, которые встречаются на Востоке по­всюду. Обычно мы давали им корм через каждые два или три дня, но раз им пришлось поголодать восемь дней, так как невозможно было достать корма. Нужно было видеть, с ка­кой жадностью они кинулись на мертвую со­баку, — они визжали и хохотали от радости. Не­сколькими ударами зубов они вскрыли у трупа грудную и брюшную полости, и черные их морды с наслаждением стали рыться во вну­тренностях. Скоро головы гиен превратились в бесформенные комки, облепленные запек­шейся кровью и слизью, но они все еще про­должали пиршество. В жадности они не усту­пали грифам, а обжорством даже превосходили их. Через полчаса после начала кормления от целой собаки обычно оставались только череп и хвост, а все остальное, даже ноги, было съедено с кожей, шерстью и костями. Гиены не брезгали никаким мясом; только мяса грифов они не ели даже после длительной голодовки.

Между собой мои питомцы жили в большой дружбе и часто играли, как собаки. Они вор­чали, тявкали, прыгали друг на друга, валя­лись по земле и в шутку грызлись. Радость, с которой они встречались после разлуки, указывает на привязанность гиен друг к другу».

Полосатые гиены водятся и в пределах СССР. Они встречаются в Закавказье (по берегу Кас­пийского моря, до Дербента), на юге Туркме­нии и в горной Бухаре, но всюду редки. Пи­таются падалью, но изредка нападают на мел­кий скот и собак. В Закавказье бывали случаи нападения гиен на маленьких детей.

Copyright © 2012-2017 Жизнь животных