Млекопитающие

Жизнь Животных

По рассказам Альфреда Брэма



Все о Брэме

Все о Животных

МЕЛКИЕ ДИКИЕ И ДОМАШНИЕ КОШКИ

Мелкие дикие кошки встречаются на всех материках, кроме Австралии. Больше всего их в Азии, где живут кошки мраморная, крапча­тая, карликовая, степная, манул и амурский лесной кот. Из них степная кошка, манул и амурский кот живут в СССР. Все они ведут сход­ный образ жизни. Различаются они по цвету и рисунку меха, по величине и месту жительства.

Мраморная кошка крупнее домашней. Ее мягкий густой мех бывает буровато-желтого, светло желтого или красновато-бурого цвета. Грудь и брюхо светлее, иногда совсем белые. По всему телу разбросаны черные пятна и по­лосы.

В настоящее время домашняя кошка водится во всех странах, где люди ведут оседлый образ жизни. В Европе она встречается всюду. В Америке кошка распространилась вскоре по­сле открытия этого материка. В Азии и Австра­лии она обыкновенная. Но в Африке, в своем оте­честве, особенно во внутренней части материка, домашняя кошка встречается гораздо реже, чем в других странах.

Кошка по преимуществу горожанка; кошек больше всего в крупных культурных городах.

«Каждое движение кошки, — говорит Брэм, — полно грации и ловкости. У нее в высшей сте­пени плавная походка. При ходьбе она подби­рает когти и ступает бархатистыми лапками так осторожно, что не производит ни малейшего шума. В бег она переходит, только когда ее пре­следуют, при этом она делает частые скачки. Она ловко пользуется всякой лазейкой, умеет взбираться на деревья и стены, если есть за что цепляться когтями. В открытом же поле ее легко может догнать любая собака. Особенно ловко кошка прыгает в высоту и с большой высо­ты, всегда становясь на ноги. Мне никогда не удавалось заставить кошку упасть на спину. Я брал ее спиною вниз и выпускал из рук с не­большой высоты над столом или стулом, и она все же успевала мгновенно перевернуться в воз­духе и стать на все четыре лапы. Кошки умеют плавать, но пользуются этим уменьем только в тех случаях, когда им приходится спасаться из воды. Добровольно они никогда в воду не идут и боятся даже дождя.

Хриплый голос кошек замечательно гибок. Их «мяу» меняется самым различным образом: оно то коротко, то длинно, то отрывочно, то протяжно. Оно может выражать и просьбу, и жалобу, и ласку, и требование, и гнев, и угро­зу. К этому «мяу» во время драк, особенно по ночам, кошки присоединяют еще другие неопре­деленные звуки, которые раздражают уши сме­шением мяуканья, рычанья, хрипенья, воя и фырканья».

Из внешних чувств у кошки хорошо развиты осязание, зрение и слух. Для осязания ей слу­жат усы и лапы. Видит она днем так же прево­сходно, как и ночью. Зрачки ее способны при­способляться к самому разнообразному освеще­нию: при ярком свете они суживаются до узкой черточки, а в темноте сильно расширяются и мо­гут стать совсем круглыми. Еще лучше, чем зрение, у кошки развит слух. Ленц рассказы­вает, как он был удивлен тонкостью слуха это­го животного. Он сидел на дворе, а на коленях у него спала кошка. Вдруг она вскочила и бро­силась в кусты. Оказалось, что через двор, по гладкой мостовой, от одного куста к другому перебежал мышонок. Ленц потом измерил рас­стояние, на котором кошка услыхала мышь, и оно оказалось не менее 14 метров.

Кошка очень смела. Она не пугается даже са­мых больших собак и встречает их, изгибая спину, гневно фыркая и держа лапы наготове. Однако, она не вступает с ними в бой, а предпочитает скрыться, взлезть на дерево, на забор или шмыгнуть в какую-нибудь щель. Но если у нее есть котята и собака подойдет к ним близ­ко, то кошка бесстрашно бросается на врага, вскакивает ему прямо на голову и яростно царапает глаза и морду.

Как охотник кошка отличается большой вы­держкой. Она медленно и осторожно подкрады­вается к мышиной норе, вся съеживается и, за­мерев на месте, терпеливо поджидает добычу. Вот мышь наполовину уже вышла из своей норки, а кошка все еще ждет и не шевелится, выбирая наиболее удобный момент для нападе­ния. После удачной охоты кошки часто прино­сят задушенную крысу или мышь к людям и кла­дут свою добычу на виду, словно хвастаясь своим искусством.

Кошка рождает два раза в год, весной и осенью, каждый раз от четырех до шести слепых котят. Новорожденных детенышей она тщательно скры­вает, опасаясь особенно котов, которые иногда съедают свое потомство. Яростно отгоняет она и всех других животных. В то же время она удивительно нежна не только со своими, но и с детенышами других животных. «Известно много случаев, — говорит Брэм, — когда кошки вскармливали своим молоком щенят, лисят, крольчат, зайчат, белок и даже мышей. Я еще мальчиком производил над моей кошкой подоб­ные опыты, и они вполне подтвердили эти рас­сказы. Когда выращенная мною кошка окоти­лась, я принес ей слепую белочку, единственную оставшуюся в живых из всего беличьего по­мета, который мы взяли на воспитание. Мы не умели их кормить надлежащим образом и ре­шили последнюю белочку подкинуть кошке. Кошка оправдала наши надежды. Она ласково приняла чужого детеныша, кормила, грела и ласкала его наравне со своими котятами. Бе­лочка успевала сосать вместе со своими свод­ными братьями: Она оставалась у матери и по­сле того, как котята были розданы. Кошка со­средоточила на ней все свое материнское чув­ство. Они прекрасно понимали друг друга: на кошачье мурлыканье белочка отвечала своим ворчаньем. Вскоре приемыш стал ходить по пятам за своей кормилицей, сначала по всему дому, а потом и по саду. Скоро белочка легко и ловко стала взлезать на деревья. Кошка всякий раз сначала с недоумением посматривала на нее, словно удивляясь, потом взлезала вслед за нею, тяжело перепрыгивая с сучка на сучок. Эта же кошка не раз впоследствии выкармли­вала кроликов, крыс и щенят. В свою очередь эти столь разнообразные приемыши усыновляли потом других осиротевших животных. Первое время, когда котята еще совсем беспо­мощны, кошка ни на минуту не оставляет их.

Она берет своих детенышей губами за шиворот, переносит на более удобные места, прикладывает к сосцам, тщательно облизывает и убирает за ними нечистоты. На девятый день котята начи­нают видеть и с этого времени развиваются быстрее. Мало-помалу они теряют неуклюжесть, движения их становятся легкими и уверенными. С этого времени котята начинают играть. Мать охотно идет навстречу своему потомству и за­бавляется с ними не меньше их самих. Она дает им играть своим хвостом, позволяет лазать по себе, ложится на спину и сама играет с котя­тами, как с мячиками, потом вскакивает, убегает от них на несколько шагов и мурлыканьем при­манивает к себе.

Когда они подрастут еще больше, она прино­сит им живую мышь, птичку или даже стрекозу. Среди котят это на первый раз вызывает перепо­лох, но потом они смелеют и забавляются живой игрушкой. А мать зорко следит за ней и не дает убежать или улететь.

«Обыкновенно думают, — говорит Брэм, — что кошку нельзя воспитать. Такое мнение совер­шенно ошибочно. При хорошем и разумном обра­щении с нею она сильно привязывается к чело­веку и обнаруживает ум. Бывают кошки, я сам знал таких, которые переезжают со своими хо­зяевами с квартиры на квартиру и вовсе не стремятся вернуться на старое жилье. Привыч­ка к человеку у них оказывается сильнее при­вычки к месту. Некоторые кошки, завидя издали своего хозяина, бегут к нему навстречу, ласка­ются, приветливо мурлычут и всячески стараются выказать свое расположение. Они хорошо отли­чают своих от чужих, позволяют своим проде­лывать с собою всякие штуки, хотя и не в той мере, как собаки. Чужих они боятся и убегают от них. Есть кошки, которые до такой степени любят своих хозяев, что провожают их по саду, по двору, а иногда даже по полям и лесу.

Кошки способны поддерживать дружбу с дру­гими животными. Вопреки сложившейся по­словице — «живут, как собака с кошкой», — встре­чается много примеров теснейшей дружбы меж­ду кошками и собаками.

Кошки поддаются и выучке. У Пехуэля-Леше была кошка, которая приносила по приказанию брошенные предметы, прыгала через стулья и столы, вскакивала на плечо и притворялась мертвой. Эта кошка жила в большой дружбе с серым попугаем, шла на его зов, когда он выкрикивал ее кличку «Ихобод». Она никогда не сердилась, если он нарушал ее сон, хватая ее клювом за хвост».

Кошки гораздо легче, чем собаки; выучиваются служить на задних лапах. Если при обучении их не наказывать и не пугать, а толь­ко ласково поощрять, то после ряда упражне­ний кошки выучиваются «служить» в несколько дней Обучать их нужно, показывая кусочки мяса и заставляя вставать на задние лапки, и да­вать им пищу, только когда они стоят. Полу­взрослые кошки «служить» обучаются легче, чем старые или даже котята. Выучившись «слу­жить», кошки сами уже встают на задние лапы всякий раз, когда что-либо просят.

О пользе домашней кошки говорить не прихо­дится. Она гроза мышей, как домашних, так и полевых и лесных. Если мышей много, то одна кошка в среднем ловит их до двадцати штук в сутки, то есть в течение года может истребить несколько тысяч этих вредных гры­зунов. Уже одно появление кошки в квартире или в магазине заставляет крыс и мышей поки­дать помещение. Охотиться на сильных крыс решается, впрочем, не всякая кошка. По свиде­тельству многих наблюдателей, кошки уничто­жают также землероек, ящериц и змей, даже ядовитых. Они ловят майских жуков, саранчу

Домашние кошки

и других вредных насекомых. Умеют ловить рыбу, подстерегая ее в воде и выбрасывая на берег лапой. Это они проделывают и с рыбками в аквариуме. Правда, в лесу и садах они ловят полезных птичек, но этот вред незначителен сравнительно с той пользой, которую они прино­сят.

При плохом и грубом обращении и особенно при плохой кормежке кошки легко привыкают воровать мясо и другие кушанья, таскать цы­плят и вообще становятся «блуднями».

Кошки в юности, как и собаки, «чумятся», то есть у них бывает болезнь, похожая на со­бачью чуму. Самая опасная кошачья болезнь — парша. При таком заболевании больную нужно отделить от других кошек и показать ветери­нару. Паршой кошки заражаются от крыс и друг от друга.

Домашние кошки различны по цвету. Они бывают следующих мастей: черные, черные с бе­лыми пятнами, совершенно белые или белые, но с разными пятнами, желтые (цвета спелого колоса), рыжие с однотонными полосами или пестрыми пятнами, одноцветные сине-серые, светлосерые с темными разводами и трехцвет­ные с крупными белыми, желтыми, желто-бу­рыми, черными и серыми пятнами.

Сине-серые кошки очень редки. Светлосерые, или кипрские, — самые обыкновенные; но на­стоящие кипрские должны иметь на лапах чер­ную подошву. Очень красивы кошки зебровые с темно-серым или черно-бурым рисунком. Этих кошек называют также тигровыми.

Отдельной расой считают ангорскую кошку. Она отличается крупными размерами, длинным, густым и шелковистым мехом. Цвет ее пышной шерсти бывает белым, желтоватым, сероватым. У нас в Сибири длинношерстные кошки бывают серого и сине-серого цвета; их чаще называют сибирскими.

На острове Мэн, в Ирландском море, живет мэнская, или бесхвостая, домашняя кошка. Эта кошка прекрасно лазает по деревьям и бла­годаря очень высоким задним ногам может де­лать большие прыжки с ветви на ветвь. Бес­хвостые кошки встречаются также в Китае и Японии.

Кроме этих пород, есть еще кошка с длин­ными мягкими волосами иссиня-серого цвета; это хороссанская кошка, живущая в Иране. Красивы кошки с мыса Доброй Надежды (Африка) рыжего и голубовато-серого цвета.

Одной из самых красивых кошек считается сиамская кошка с короткой гладкой шерстью чалого цвета. Хвост, уши, лапы и морда у нее темно-бурого цвета.

Своеобразна одна порода китайских кошек. У нее длинная шелковистая шерсть и боль­шие, висячие, как у таксы, уши. Этих кошек китайцы откармливают и едят.

Известны также крупные абиссинские кошки. У нас, кроме сибирских кошек, различают еще куманскую кошку на Кавказе и рыжую тоболь­скую кошку.

Все эти породы легко скрещиваются; среди домашних кошек существует множество самых разнообразных помесей.

Значительное количество шкур домашних ко­шек поступает ежегодно на пушной рынок. Сравнительно недорогие меха, приготовляемые из кошачьих шкур, отличаются значительной прочностью и довольно теплы.

Copyright © 2012-2017 Жизнь животных