Млекопитающие

Жизнь Животных

По рассказам Альфреда Брэма



Все о Брэме

Все о Животных

Пума, или серебряный лев

Картинка Пумы

Третье место по величине среди крупных кошек занимает живущая в Америке пума. Ее называют также серебряным львом или кугуаром. Туловище пумы — 1 метр 20 санти­метров длины; шерсть густая, короткая и мяг­кая, на брюхе несколько гуще, чем на спине. Общая окраска темная, желтовато-красная, на брюхе красновато-белая. Голова — серого цвета, конец хвоста — темный. В разных мест­ностях окраска пум различна. Пумы Южной Аме­рики почти серебристо-серые; в Мексике и Сое­диненных штатах — темнорыжие или буровато-серые. Различия в цвете между самцами и сам­ками нет.

Область распространения пумы очень об­ширна. Она встречается во всей Южной Аме­рике — от Патагонии до Новой Гренады, в Сое­диненных штатах и даже в Канаде. В некоторых местностях этих стран пума живет еще в боль­шом количестве, в других — совершенно истре­блена. Охотнее всего этот зверь держится на опушках лесов; любит охотиться в покрытых вы­сокой травой равнинах, но, спасаясь от пресле­дования, старается уйти в лес или кустарник. Однако, пумы встречаются постоянно в пампе Аргентины. Там совсем нет лесов, и они прячут­ся весьма искусно в траве. Пума избегает бе­регов рек и местностей, часто заливаемых во­дой. Днем она спит на деревьях, в кустах или в высокой траве, а вечером и ночью отыски­вает добычу.

Охотясь, пума в одну ночь пробегает большие пространства, так что охотнику далеко не всегда удается подкараулить ее на том месте, где она накануне умертвила какое-нибудь жи­вотное. Говорят, что она может делать прыжки в шесть метров длиной. Глаза у пумы большие и спокойные, взгляд совсем не свирепый. Зрение ее достаточно остро и днем, но особенно хорошо она видит в сумерки и ночью. Обоняние у пу­мы мало развито, но слух превосходен. От чело­века и собак она убегает и только в крайнем случае энергично защищается. Все слабые млекопитающие, даже совсем мелкие, служат ей добычей; из домашних животных она напа­дает только на ягнят, телят и жеребят, когда те остаются без защиты матери. Бегают кугу­ары так быстро, что догоняют даже амери­канских страусов, а в лазании по деревьям состязаются в ловкости с обезьянами, которых нередко преследуют и хватают. Брэм рассказы­вает, что однажды натуралист Ренгер, охо­тясь на обезьян, видел, как пума напала на них. Свист нескольких обезьян-капуцинов привлек внимание естествоиспытателя, и он поднял ружье, чтобы застрелить одну из них. Вдруг все стадо принялось пронзительно кричать и кинулось в его сторону. Животные проворно перепрыгивали с ветки на ветку, с дерева на дере­во и жалобными криками выражали свой ужас. Тут Ренгер заметил пуму. Она с удивительной ловкостью пробиралась среди сучьев деревьев, обвитых вьющимися растениями.

Скользнув по ветви почти до конца, так что та начинали гнуться под ее тяжестью, пума ловким прыж­ком перескакивала на другую ветвь, следуя за убегающими обезьянами.

Схватив добычу, пума перегрызает ей горло и вылизывает кровь. Маленьких животных она пожирает целиком, у больших съедает только переднюю часть, а остальное зарывает. Насытившись, она выбирает удобное место для отдыха, но редко засыпает около своей добычи, а почти всегда удаляется от нее на несколько километров. На следующую ночь, если пуме не удастся добыть себе свежей пищи, она иногда возвращается к зарытым остаткам своей трапезы. В случае же удачной охоты она забывает о своих запасах. Кугуар почти никогда не нападает на таких крупных до­машних животных, как лошади, мулы, волы и коровы, и опасен только для их юного по­томства.

Самка рождает от двух до трех слепых дете­нышей, которых она прячет в траве. Ново­рожденные котята покрыты мягкой серовато-бурой шерстью в продолговатых продоль­ных и поперечных черных пятнах. Хвост у них в черных и белых кольцевых полосках.

Брэм наблюдал ручную пуму с котятами в неволе.

«За несколько дней до родов, — рассказы­вает он, — пума удалилась в избранное ею зара­нее убежище, откуда в первые дни после рож­дения детенышей выходила только поесть. Все остальное время она оставалась с детенышами, облизывала их, чистила, мурлыкала им песенки и выражала свою материнскую нежность зву­ками, очень похожими на кошачье мяуканье, но более громкими и звучавшими примерно как «ми-э-рр». Обращалась она с детенышами совершенно так же, как это делают домашние кошки: таскала их взад и вперед, согревала от холода своим телом, а затем иногда бросала без всякого внимания. Однако, она не допускала, чтобы кто-нибудь трогал детенышей, даже не любила, чтобы на них долго смотрели, и стара­лась помешать этому, ложась между ними и наблюдателем. Обращение ее с самцом и с людьми, к которым она привыкла, не изменилось. Она ласкалась к самцу, выражала привязанность к людям, позволяя себя гладить, и проявляла не­довольство только тогда, когда люди выказывали особое внимание ее детенышам. Молодые пумы открывают глаза на девятый или десятый день жизни. Вскоре они начинают ходить, но вна­чале бывают очень неловки, шатаются и споты­каются, падают навзничь и неуклюже подпол­зают к матери. Но уже и в это время они пы­таются играть между собой и с матерью или, по крайней мере, с ее хвостом. На десятой — двенадцатой неделе начинают бледнеть пятна на их шерсти, и после первой линьки молодые пумы становятся похожими на родителей и про­являют полную самостоятельность».

Пума, пойманная старой, не поддается при­ручению. Она иногда отказывается от пищи и умирает голодной смертью. Молодые же пумы очень скоро становятся ручными. Натуралист Ренгер уверяет, что пуму можно было бы сде­лать домашним животным, если бы она не бро­салась на домашнюю птицу. Не трогая других животных, она не в силах удержаться, чтобы не схватить курицы или утки. Вскармливают приручаемых пум молоком и вареным мясом. Растительную пищу они едят только в том случае, если корм приготовлен на мясном бульоне. Если им не давать мяса, они скоро заболевают. Сырое мясо пума, как и многие кошки, сначала облизывает. При еде она держит голову набок, как наша домашняя кошка. После еды пума умывается, вылизывает себе лапы и часть туловища, а затем ложится спать и спит несколько часов. Живущей в неволе пуме следует давать пить возможно чаще, осо­бенно летом, так как, испытывая жажду, она скорее привыкает нападать на домашнюю птицу и пить кровь. Ручная пума, живя на свободе в доме и на дворе, мало-помалу знакомится со своими соседями — людьми и животными — и не причиняет им вреда. С собаками и кошками она живет в дружбе и играет с ними; но домаш­няя птица делается ее жертвой при первом удобном случае. Подобно кошке, ручная пума часто играет, иногда по целым часам, с легко движущимися предметами, особенно с шарами. Ручные пумы отыскивают и встречают своих хозяев, ласкаются к ним, лижут им руки и крот­ко ложатся у их ног. Когда их гладят, они мурлычут, как кошки. Впрочем, все это они делают, только находясь в хорошем расположении духа. Свой страх они выражают фырканьем, неудо­вольствие — ворчанием.

«Две пумы, которых я воспитывал, — говорит Брэм, — постоянно встречали знакомых им лиц не слишком громким, но пронзительным от­рывистым свистом, какого я никогда не слыхал у других кошек. Ручная пума неприятна только одним: она, привыкнув к своему хозяину, лю­бит, играя, прятаться и внезапно выскакивать ему навстречу, как это часто делают и ручные львы. Такое неожиданное проявление нежности бывает тем более неприятно, что ласки пумы при участии когтей и зубов довольно чувстви­тельны».

В Новом Свете на пуму охотятся с ружьем, травят ее собаками или накидывают на пресле­дуемого зверя лассо (аркан), которым душат его. Мех пумы в Южной Америке редко идет на выделку, но в Северной Америке из него делают ковры. В некоторых местностях едят мясо пумы, которое, по свидетельству Дарвина, очень вкусно и похоже на телятину. В Каролине оно даже считается лакомством.

Copyright © 2012-2017 Жизнь животных